Задуманный Никитой Михалковым цикл «Метаморфозы» открывает для зрителей рассказы Чехова и Бунина совершенно по-новому. Герои рассказов, отобранных для постановки, находятся в постоянной трансформации, меняясь вместе с обстоятельствами. Проследить эти изменения, оценить метаморфозы, которые с ними происходят, — главная режиссерская задача в спектаклях цикла.- Рассказы очень разные: веселые и грустные, даже трагические. Поэтому неудивительно, что Никита Михалков привлекает к сотрудничеству режиссеров с разными творческими подходами, оставляя за собой общее руководство процессом и объединяя разрозненные кусочки пазла в яркое, целостное произведение. Над спектаклем «Темные аллеи» из цикла «Метаморфозы» вместе с Никитой Михалковым работали Сергей Землянский, Андрей Левицкий, Михаил Милькис и Мария Шмаевич. Их собственный авторский стиль не мог не отразиться на конечном результате. Спектакль в итоге получился зрелищным и очень разнообразным.
Зрителей раскачивают на своеобразных театральных качелях, амплитуда которых довольно широка: от почти античного трагизма до полнейшего гротеска, от нежнейшей романтики до едкой сатиры. Оказывается, все это можно найти в коротких жанровых зарисовках двух великих писателей. Причем в спектакле становится заметно, как удивительно похожи и вместе с тем совершенно индивидуальны их почерки, и как интересно препарируются в них человеческие характеры. Название спектаклю дал знаменитый цикл рассказов Ивана Бунина, посвященный теме любви. И спектакль тоже исследует эту безграничную тему и то, как взаимоотношения между людьми влияют на их судьбы.
Спектакль смотрится буквально на одном дыхании не только из-за правильного режиссёрского решения, но и благодаря нестандартной визуальной эстетике. Это как раз тот редкий пример, когда современные технологии, 3D—графика и присутствие ИИ не идут произведению во вред, скорее придают ему дополнительный шарм. Маститый художник-постановщик Юрий Купер создаёт для каждого рассказа собственный визуальный мир. Сценограф мастерски играет фонами, с лёгкостью отправляя героев Чехова и Бунина в уютное дачное пространство, на лоно природы, в интерьеры вагонов первого класса или вокзальных перронов, в дождливый Берлин, роскошный Париж или курортную Ниццу. Актёры существуют внутри этих меняющихся картин, словно ожившие персонажи произведений Мане, Ренуара или Сезанна, и общий рисунок спектакля, сохраняющий эстетику конца XIX — начала XX века, вполне можно назвать импрессионизмом, с той только разницей, что картины оказываются живыми. Благодаря фантазии художника и современным технологиям герои «мокнут» под дождём, их «заметает» снегом, вокруг них стрекочут цикады и поют птички, гудят паровозные гудки и автомобильные сирены.
Из нескольких рассказов Никита Михалков выстраивает целый огромный мир, очень кинематографичный по своей сути — некий симбиоз театра и кино. Нам всем известна любовь режиссёра к обоим писателям. Стоит вспомнить лишь два его кинематографических обращения к их творчеству: «Неоконченная пьеса для механического пианино» и «Солнечный удар». Театральная сцена даёт режиссёру уникальную возможность экспериментировать на стыке жанров.
Спектакль при этом обладает удивительной красоты пластикой. Великолепная хореография Сергея Землянского придаёт каждому из рассказов неповторимый пластический рисунок. Мы прекрасно знаем, как здорово он умеет без слов раскрыть превратности сюжета и передать характер героя всего лишь движением. Музыкальный ряд, выстроенный для спектакля Павлом Акимкиным, предоставляет для этой цели неограниченные возможности, а внешний облик персонажей Бунина и Чехова находится на той чудесной грани историзма и стилизации, когда одно плавно и практически незаметно вытекает из другого, облегчая движение героев или способствуя их сатирическому восприятию (художник по костюмам Наталья Белоусова).
Когда я говорила про симбиоз жанров, не учла ещё одно обстоятельство: после завершения каждого бунинского или чеховского сюжета (ну, почти каждого) спектакль превращается в документальное кино, и зрители в небольшом трейлере получают возможность понаблюдать за тонкостями репетиционного процесса, могут увидеть то, как Никита Михалков работает с актёрами, как он сам глубоко погружается в материал, смеётся над удачно придуманной шуткой и как может по достоинству оценить актёрскую импровизацию. Такое кино дорогого стоит!
Теперь об актёрах. Самая важная часть спектакля — это безупречная актёрская игра. Метаморфозы, происходящие в семи рассказах — семи частях постановки, дают актёрам «Мастерской «12»» раскрыться полностью и донести до зрителей характеры и особенности своих героев.
В спектакль «Тёмные аллеи» вошли рассказы Чехова «Из воспоминаний идеалиста» и «Невидимые миру слёзы», а также произведения Бунина «Руся», «Крем Леодор», «Тёмные аллеи», «Генрих» и «Таня».
Две «дачные» истории несут совершенно противоположный заряд. Если «Руся» — это воспоминание уже немолодого человека о юношеском увлечении, рассказанное замечательным актерским квартетом (Игорь Сергеев, Янина Третьякова, Тина Трухачева, Юлия Вострилова), то «Из воспоминаний идеалиста» — потрясающий юмористический любовный дуэт дачника-орнитолога (Сергей Радченко) и хозяйки дачи, пусть несколько меркантильной, зато безумно обаятельной (Софья Куцерубова). А как она поет! Ее первый вокальный экзерсис случился так внезапно, что я буквально подскочила в кресле.
Еще больше юмора и гротеска заключено в эпизоде под названием «Крем Леодор». Колоритная парочка (Эвелина Семерикова и Сергей Радченко) новобрачных, отбывающих в Париж, придумана режиссером и актерами как эталонный пример того, во что может превратить одну непосредственную женщину парижская роскошь. «Орревуар, Харьков!» — и Мишель, рассчитывавший получить покорную, послушную жену, вдруг понимает, что «купил кота в мешке». Очень смешно поставлено и бесконечно талантливо сыграно.
Совсем другой настрой у хореографического этюда «Темные аллеи» (Полина Шустарева и Георгий Иобадзе), рассказов «Генрих» (Полина Борунова, Георгий Иобадзе и Владимир Кочетков) и «Таня» (Георгий Иобадзе и Янина Третьякова). Отношения мужчины и женщины здесь оказываются в определенных драматических точках, которые приносят страдание или одному из партнеров, или сразу обоим.
Удивительно красивый по пластическому решению дуэт «Темные аллеи» завораживает почти «дервишеским» вращением алой юбки; вроде бы простая, но очень грустная история брошенной девушки Тани поражает бесконечностью женской верности даже к тому, кто ее совершенно недостоин, а трагический финал рассказа «Генрих» оказывается одновременно предельно документальным и душераздирающе эмоциональным. Такое несочетаемое сочетание производит двойной эффект, заставляя зрителей сопереживать не случившемуся счастью двух любящих людей.
А такой финал, который приготовили нам создатели спектакля, и вовсе представить было невозможно. То, что они сотворили с незамысловатым рассказом Чехова о пьющем муже (Александр Ведменский) и строгой жене (Полина Шустарева), не поддается описанию: карнавал, фейерверк, вакханалия, да еще и пляшущий медведь в придачу! Большая часть актерского ансамбля, задействованного в спектакле, оторвалась по полной. Одни только «дети» (Марина Ларина и Янина Третьякова) в ночных чепчиках чего стоят. Вот так, балансируя между драматизмом и гротеском, проходит вся жизнь человеческая. Любовь, измены, ревность, предательство, верность, жертвенность… Человек — существо удивительно сложно устроенное. Зачастую он склонен безжалостно разрушать то, что сам с таким трудом создает. А неожиданные повороты судьбы могут сотворить с ним то, чего он и сам не ожидал.
Короче, сплошные метаморфозы.
Автор Наталья Романова, в тексте использована фотография с официального сайта Мастерской «12», фотографии автора можно увидеть здесь, видеорепортаж автора можно посмотреть здесь
Добавить комментарий