Этот неправильный мир должен был быть разрушен.- В театре «Шалом» его рушат безо всякого сожаления, даже с какой-то медлительной торжественностью. Бетонные колонны, поддерживающие, казалось бы, незыблемое здание Третьего рейха, падают медленно, одна за другой, чтобы все обитатели бункера Гитлера смогли прочувствовать неотвратимость возмездия за содеянное. Вот только дети… Разве должны они расплачиваться за грехи взрослых?
- В спектакле «Магда», премьера которого состоялась 13 сентября, нет положительных героев среди взрослых. Не ищите. Даже режиссер Евгений Корняг, главный режиссер Белорусского государственного театра кукол, не пытается их найти, а уж тем более оправдать. Пьеса Майкла Ардитти, ставшая основой постановки, претерпела значительные изменения, вызывая порой несогласие режиссера с позицией автора. У Ардитти Магда и Йозеф Геббельс приводят в бункер только двоих детей, Корняг же решил усилить воздействие на зрителя в три раза, и вместе с родителями здесь оказались все шестеро. Избежал трагической участи лишь седьмой ребенок Магды — сын от первого брака.
- Как писать о людях, которые могут пожертвовать собственными детьми ради идеи?
Маниакальный фанатик, вбивший в головы миллионам мысль о расовом превосходстве, доживал в замурованной консервной банке бункера свои последние дни, уже прекрасно понимая, что с каждым ударом советской артиллерии по Берлину, с каждой горсткой бетонной пыли, которая сыплется на головы обитателей бункера, осыпаются и последние песчинки в часах его жизни. А скольких он утянул за собой, заразив бессмысленной и бесчеловечной идеологией! Евгений Корняг намеренно показывает Гитлера не человеком, а каким-то зловещим идолом, выходящим из мрака подземелья и утягивающим за собой в преисподнюю последнее существо, которое ему еще верит.
Ева Браун, мечтавшая о свадьбе целых пятнадцать лет, наконец ее получила, только жених вместо медового месяца приготовил себе пулю, а молодой жене — яд. Неужели она действительно не понимает, что происходит там, наверху, или намеренно изображает «попрыгунью-стрекозу», бестолково бегая по бункеру и разговаривая сама с собой? Сомнительно: на момент этой карикатурной свадьбы Еве было уже 33 года, и вряд ли она не знала о том, как ее сожитель подминает под себя Германию и пытается проделать то же самое с остальным миром. Просто так легче — притвориться наивной дурочкой, сделать вид, что все эти лагеря смерти для тебя ужасная новость. Может, тогда будет не так страшно умирать? Да нет, страшно. Никаким свадебным шампанским не залить этот страх. В такие моменты, наверное, и приходит мысль о вечном адском пекле, где фюреру отведена огромная личная сковородка.
Магда Геббельс не столь наивна, она прекрасно осознает происходящее, поэтому и явилась в бункер при полном параде: в вечернем платье, с длинной нитью жемчуга и крохотным чемоданчиком, из которого она извлекает ордена материнства и гордо цепляет их на грудь. Они с Йозефом всё решили и за себя, и за своих детей. «Я тебя породил, я тебя и убью»? Но никакой фюрер не может дать право распоряжаться чужими жизнями. Для этого есть Бог. Режиссер намеренно убирает из спектакля ту часть пьесы, в которой Магда пытается молиться; он считает, что эта женщина не достойна говорить с Богом. Своим решением, возможно и выстраданным, она обрекает себя на вечное проклятие.
Ее муж давно превратился в функцию, в часть разработанной им самим идеологии. Нам не показывают его лица, когда он ораторствует на импровизированной трибуне. Он делает это, стоя спиной к залу. Став «калифом на час» после самоубийства Гитлера, он пытается вместить в этот час все свои имперские амбиции.
Спектакль не просто рушит бетонные стены бункера — он разрушает «идеальные» образы нацистов, этих сверхлюдей, полубогов, у которых нет изъянов. Гитлер, превратившийся в слюнявое чудовище; Геббельс с идеальным пробором, затянутый в черный френч, но предательски волочащий одну ногу, которая короче другой… Магда своими по-настоящему страшными действиями пытается сделать идеальными и своих детей. Заторможенному Хельмуту, который никак не может выучить простенький стишок про двух муравьев, она устраивает настоящую лоботомию, протыкая детский мозг тонкими спицами, а младшей из девочек выбирает «чисто арийские» ярко-голубые глазки. У каждого из детей находится изъян, который надо обязательно исправить, чтобы ребенок стал идеальным представителем «высшей расы».
Даже если ты умом понимаешь, что дети в спектакле — всего лишь куклы, все равно становится непереносимо страшно, тем более что актеры театра «Шалом», управляющие ими, делают кукол пугающе живыми, с интонациями и жестами обычных детей, которые даже в этом страшном месте находят возможности для игр и развлечений. Как радуется малышка, которой фюрер, после того как построит идеальный город, обещал подарить огромный макет! И она скрупулёзно выбирает, кого позовет на него посмотреть, а кого нет. Она, глупышка, не понимает, что никакого идеального города не будет, а ей уготована лишь капля яда вместо материнского молока. Два муравья (из стишка, написанного, на минуточку, поэтом Веймарской республики) никогда не доплывут до Японии. Этим детям не дадут вырасти и проклясть собственных родителей.
Художник спектакля Татьяна Нерсисян создает на сцене пугающе реальный мир подземелья, где затаился страшный дракон, алчно жаждущий все новых и новых жертв. Тем трогательнее выглядят яркие желтые нарциссы на вершине одной из бетонных колонн. Они — последний привет обитателям бункера из того живого, апрельского мира, который уже почувствовал конец этой страшной войны. Замурованные в склепе уже не увидят, как расцветут майские сады и как над развалинами Рейхстага взметнется Красное знамя.
Совершенно гениальная декорация пронизана лучами искусственного света и блеском консервных банок. Здесь нет ничего настоящего, даже еды. Идеальный город из консервов — вот всё, что осталось от великого Третьего рейха. Из визуального ряда спектакля, опять же намеренно, убрана вся фашистская символика: здесь нет ни свастик, ни знакомых по многочисленным фильмам о войне мундиров, ни красноречивых жестов. Но так, честно говоря, еще страшнее — всё происходящее начинает приобретать более глубокий, вселенский смысл.
Никогда не сомневалась в мастерстве актеров театра «Шалом», но в этом спектакле в очередной раз убедилась, что им подвластно любое перевоплощение, даже совершенно противное их природе. Образы, создаваемые актерами, наполнены их собственными чувствами: ненавистью, презрением, ужасом от понимания содеянного их персонажами. И эти персонажи вовсе не выглядят карикатурными. Ни Геббельс — последний, сиюминутный хозяин бункера, застегнутый на все пуговицы (совершенно неузнаваемый и великолепный Антон Шварц), ни Борман — хитрая лиса, подлец в квадрате (отличная работа Сергея Шадрина), — он-то, кстати, своих многочисленных детей не обрекал на подобную участь; ни доктор Штумпфеггер (Павел Шингарев), готовивший смертельные растворы и испытавший их сначала на любимой овчарке фюрера; ни «простушка» Ева Браун (Милана Владыкина), осуществившая перед смертью свою мечту лишить Магду звания «первой леди»; ни жуткий паук Гитлер (гениальный пластический этюд Антона Ксенева), вдвойне страшный с ребенком на руках; ни сама Магда (шикарная Анна Котляр) — полная решимости принести страшную жертву этому всепожирающему молоху. А то, как она это делает, просто повергает в шок. «Колыбельная, переходящая в хоррор» — очень точный подзаголовок спектакля. Каждый из актеров, отвечающих за оживление кукол-детей Геббельса, заслуживает персональных аплодисментов. А я всё думала, почему они пришли на спектакль Евгения Корняга «Записки юного врача». Оказывается, чтобы приобрести опыт работы с куклами. И получилось это у них великолепно. Федор Бычков, Алина Емец, Алина Исхакова, Софья Незнамова, Алексей Рогов и Николай Тарасюк становятся для нас теми пронзительными детскими голосами, которым, к сожалению, не пробиться за стены бункера.
Спасибо театру «Шалом» за мое очередное потрясение. Пусть переживать подобное и тяжело, но это просто необходимо в качестве болезненной, но действенной прививки, чтобы рецидив никогда не повторился.
Автор Наталья Романова
Фотографии автор можно посмотреть здесь, видеорепортаж автора можно увидеть здесь
Авторы фотографий, предоставлены пресс-службой театра: Анастасия Борисова, Евгения Пронина, Игорь Червяков, Ольга Кузякина, Степан Гладков



















Добавить комментарий