Театр — это человек. А человек вглядывается в мир- в страстном стремлении познать и объяснить его.
- Соломон Михоэлс
- К шекспировской истории о короле Лире в театре «Шалом» отношение особенное. Рассказ о знаменитом спектакле Соломона Михоэлса занимает целый пролет музейной лестницы на Новослободской. Поэтому идея создания его новой версии вполне ожидаемо несет отпечаток легендарной постановки ГОСЕТа. Создатели спектакля «Лир» не стали отказываться от собственной истории и придумали своеобразный «театр в театре», не только отдав тем самым дань своему славному прошлому, но и заглянув в будущее современного театра.
Премьера спектакля состоялась 3 апреля, а я все пребываю в раздумьях о том, чем же меня зацепила постановка Яны Туминой. Роскошной, намеренно мрачной, брутальной, но фантастически эффектной сценографией с потрясающим видеоартом — однозначно. Костюмами Маши Небесной, простота и некоторая небрежность которых сбивают спесь с исторического контекста — вне всяких сомнений. Великолепными актерскими работами и, прежде всего, долгожданным появлением на сцене художественного руководителя театра Олега Липовецкого — без вопросов.
А еще тем, что история, написанная великим Шекспиром примерно в 1605–1606 годах, а произошедшая (произошедшая ли?) гораздо раньше, смотрится как триллер: захватывающий, завораживающий и не отпускающий до последних минут.
В спектакле с самого начала подкупает та легкость, с которой актеры относятся к тексту британского драматурга. Без пафоса и снобизма, скорее с изрядной долей иронии, но с неизменным уважением. Проявлением такой уважительной иронии можно считать несколько страшноватую кукольную маску Лира-Михоэлса. В роли кукловода при этом выступает младшая дочь короля Корделия (Элизабет Дамскер). Она в спектакле вообще ответственная за его кукольную часть. С помощью древнего райка Корделия рассказывает историю собственного замужества, когда король французский не побоялся взять в жены бесприданницу, отвергнутую отцом лишь за то, что была правдива и не вешала королю «лапшу на уши», подобно двум его другим льстивым доченькам Гонерилье (Елизавета Потапова) и Регане (Алина Исхакова). Сам виноват — никогда не спрашивай, кто из детей тебя больше любит, иначе рискуешь расстаться и с королевством, и с сотней рыцарей, и с самой жизнью.
В связи с разделением королевских владений между дочерьми хочу отметить великолепную афишу, которая встречает зрителей в фойе театра. К слову, для тех, кто захочет более подробно изучить историю спектакля Михоэлса, Еврейский музей и центр толерантности подготовил выставку «Король Лир» Соломона Михоэлса. Постскриптум к 90-летию великого спектакля», которая откроется 17 апреля.
Но вернемся в «Шалом», к спектаклю премьерному. Сцена театра на Новослободской превращена в нечто среднее между стройплощадкой, тюрьмой или стилизованным под нее ночным клубом, где, отделенный от остального пространства решеткой, заправляет диджей Уильям (Евгений Овчинников). Ему-то наверняка заранее известно, что станется с героями трагедии, — он их сам придумал таким образом, чтобы в результате «в общем все умерли», потому и рукава его рубашки по локоть в крови. Шекспир водит смычком по струнам электрогитары, а всего лишь в двух шагах от него брат предает брата, отец изгоняет дочь и преданного слугу, сестра травит сестру, сумасшествие настигает несчастного старика, совершившего самую большую ошибку в своей жизни, бушует страшная буря, сверкают молнии и гремит гром.
Лир-Липовецкий постоянно держит за поясом тетрадь с шекспировским текстом, но заглядывает в нее лишь в моменты, когда в британскую историю вклинивается довольно бесцеремонный Хранитель Витя (Светлана Свибильская), на пару минут возвращая нас из седой древности в современную театральную реальность. Но зато в моменты, когда любимые доченьки начинают одна за другой преподносить отцу неприятные сюрпризы, его гнев и обида захлестывают сцену гигантской волной, вздымаясь как огромное покрывало, застилающее ее поверхность.
Безумие короля особенно удается Олегу Липовецкому. Мне даже кажется, что именно на меня он смотрит горящим взглядом, восклицая: «Ты кто, новобранец? Как ты держишь лук?». Общаясь с Бедным Томом (он же, преданный сводным братом, Эдгар, он же Николай Балобан), или с ослепленным в прямом и в переносном смысле Глостером (Дмитрий Уросов), или с переодетым верным Кентом (Антон Ксенев), или с любимой Корделией, король потихоньку возвращается в нормальное состояние, но трагической ошибки ему уже не исправить, и расплатиться за нее придется по полной.
Спектакль сверкает россыпью блистательных образов: коварство, возведенное в абсолют, особенно ярко проявляется в действиях двух амбициозных сестриц и «переходящего приза», не менее амбициозного бастарда — Эдмунда (Кирилл Комаров). Про Корделию, Глостера и Кента будет не лишним упомянуть еще раз. Даже в сравнительно небольших ролях Корнуэла (Николай Балацкий), Олбани (Сергей Шадрин) и Освальда (Вениамин-Фабиан Вайсенберг) проявляются яркие характерные черты. А если говорить о том, кто меня действительно поразил, то это всё о нем, о потрясающем придворном дурачке. Шут Лира (Евгения Романова) — единственный, кому позволено говорить королю правду. Что он и делает со свойственной ему прямотой, едким сарказмом и огромной любовью к своему многострадальному господину, местами переходя на рэп. Фееричный образ, еще раз доказывающий, что шуты бывают гораздо мудрее королей.
Спектакль получился довольно длительным, но, воскрешая в памяти все его прекрасные моменты, я понимаю, что в нем нет ничего, что мне захотелось бы сократить. Даже с тревожным светом фонариков в начале второго отделения я не готова расстаться. Напротив, у меня возникло острое желание посмотреть его еще раз. Почему-то мне кажется, что много важного я в нем упустила.
Автор Наталья Романова, фотографии автора можно посмотреть здесь, видеорепортаж автора можно увидеть здесь
Добавить комментарий