С недавних пор очень внимательно слежу за студентами и выпускниками РГИСИ. Ребята из Санкт-Петербурга уже не раз радовали студенческими спектаклями в рамках молодежных театральных фестивалей. Сергей Бызгу создал театр «Драм. площадка» как раз из выпускников своего курса РГИСИ, и сегодня к этому яркому, самобытному театру — кстати, самому молодому государственному театру в стране — уже вовсю присматриваются театральные критики. Тем более что в его репертуарной сетке — настоящее режиссерское разнообразие. Это постановки Галины Бызгу и Дмитрия Крестьянкина, тоже выпускника РГИСИ, который сегодня очень востребован и активно работает не только в Питере, но и сотрудничает с ведущими московскими театрами, такими, например, как Театр Наций, РАМТ, Театр им. Вл. Маяковского.
Спектакль «Дети проходных дворов 2.0», который театр «Драм. площадка» привез на «Театральный бульвар», поставили Вера Латышева и Сергей Бызгу. Создатели и исполнители так и не смогли определиться, спектакль это или все же концерт. Назовем, пожалуй, этот формат модным словом concert version. Хотя посвящен он такому чисто питерскому явлению, как Виктор Цой, это вовсе не биографический опус, а скорее то, как современные молодые люди воспринимают творчество Цоя. Родившиеся в начале 2000-х уже окончательно присвоили себе его песни и могут каждую из них считать собственным гимном, протестом да и просто настроением, удивительно точно совпадающим с их собственным.
Бродя по Питеру в сезон белых ночей, каждый из них может про себя сказать: «Видели ночь, гуляли всю ночь до утра», спрашивать: «Откуда взялась печаль?», влюбляться в «Восьмиклассницу» или ждать ответа на волнующие вопросы и не находить его, потому что:
Больше надежд нету.
Скоро кончится лето.
Это.
Лето пока в самом разгаре, и амфитеатр на Покровском бульваре заполнен людьми разных поколений. Может быть, среди них даже есть те, которые не любят Цоя (хотя с трудом представляю, что такое возможно). Во всяком случае, на вопрос Влада Низовцева, любим ли мы Цоя, звучит дружный ответ: «Да». Какое-то одно заблудившееся «нет» слышится острым диссонансом, но тут же следом раздается: «Пошутила». Да, мы любим Цоя, он созвучен нам всем. Он как лакмусовая бумажка, проверяющая подлинность наших чувств, стремлений или эмоций.
И ребята, те, что на сцене, тоже считают его своим и поют его песни по-своему. Спектакль-концерт пестрит потрясающим разнообразием талантливых аранжировок, которые артисты написали сами. Некоторые — совершенно удивительные. Никогда, например, не думала, что песню «Малыш» можно представить как образец стиля K-pop и частично исполнить на корейском. Очень круто! Песни словно рождаются сиюминутно, здесь и сейчас, вырастают из их детских и юношеских воспоминаний: о качелях во дворе или добрых бабушкиных глазах, об одиночестве, непонимании, упорном желании преодолеть вершину или поиске собственного места среди звезд и галактик. Эти песни, написанные уже довольно давно, воспринимаются нынешними 20-летними как что-то абсолютно новое и очень личное. Сегодняшние «Дети проходных дворов» впитывают их, как губки, и дарят им собственные голоса. Удивительно, насколько актуально звучат сегодня слова: «Где твой мундир, генерал?», а строки Рождественского, положенные на бит, — так и просто гимн сегодняшнему сумасшедшему жизненному ритму.
Разочаровываюсь. Увлекаюсь.
Липкий мотив про себя напеваю.
Снова куда-то бегу, задыхаясь!
Не успеваю… Не успеваю.
Они могут от души покуролесить, разъезжая по сцене на скейте, устраивать бесшабашные танцы до упаду, грустить и тосковать, мечтать и любить. Они здесь и сейчас, они нынешние, совсем другие, но при этом они такие же, как мы. Я вспоминаю, что первой песней Цоя, которую я услышала в юности, были «Алюминиевые огурцы». Тогда это казалось чем-то из ряда вон выходящим, неожиданным, дерзким, вызывающим острое желание услышать больше. Сегодня Цой уже часть меня, и я ловлю себя на мысли, что беззвучно шевелю губами, повторяя за молодыми артистами знакомые слова. Уверена, что и в их жизнь творчество группы «Кино» вошло так же прочно, как в мою, иначе их concert version не стала бы такой пронзительной и искренней. Я довольно часто повторяю эти слова про искренность на сцене. Возможно, это даже более ценно, чем актерская техника. Технику можно наработать с годами, а подлинные чувства ничто не заменит. Они или есть, или их нет. Зритель это сразу чувствует. 14 июля на «Театральном бульваре» искренность, идущую со сцены, почувствовали все.
И в конце — маленькое лирическое отступление. По дороге к Покровскому бульвару, на трамвайной остановке, увидела компанию совсем молодых людей: татуировки, в том числе на лицах, пирсинг везде, где только можно, одежда в стиле «бомж», короче, неформалы во плоти. Подумалось: тоже поклонники Цоя и едут на «Театральный бульвар». Все они были, как говорится, «подшофе» и вели себя просто отвратительно, совершенно не задумываясь о том, насколько комфортно другим людям находиться рядом с ними: громко матерились, разлеглись на узкой остановке, не давая никому пройти. Да, они действительно ехали на спектакль, но, спасибо организаторам, в зал их не пустили, и они еще что-то долго выкрикивали за оградой. Меня поразил резкий контраст между ними и теми увлеченными, вдохновленными, раскрепощенными молодыми людьми на сцене, которые привезли нам в Москву такой питерский подарок. И дело тут даже не во внешнем виде, а в уважении к своему делу и к окружающим людям. В Цое это было всегда. И в «Детях проходных дворов 2.0» это есть тоже.
Автор Наталья Романова, фотографии автора можно увидеть здесь, видеорепортаж автора можно посмотреть здесь
Добавить комментарий